– Помилуйте, а что же Арсений Сергеевич говорит в свое оправдание?

– Ничего-с. На выдвинутые обвинения он молчит.

– Простите, а в чем вы видите причины столь безрассудного поступка?

– Отчего же безрассудного? Мне часто доводится иметь дело с убийцами, и причина в большинстве случаев известная – деньги. Граф задолжал огромные деньги, кредиторы его преследуют, а тут ювелир получил весьма крупную сумму. Соблазнительно, не правда ли? Долги ведут к преступлению даже людей высокого происхождения, ведь долговая яма – это скандал, позор. Есть еще один способ избежать позора, но… не всякий имеет смелость застрелить себя. Оттого граф Свешников ничего и не может сказать в свое оправдание – нечего ему сказать. Да и сознаться в тяжком преступлении нелегко. Поймите, сударь, вы хлопочете за недостойного человека, хотя и родовитого. Наша знать лишь толкует о чести, на самом деле – сплошное лицемерие. Мол, человек чести не пойдет убивать из-за денег.

Мне нечего было сказать в ответ, я согласился с ним. Вслух согласие не высказал, что-то удержало меня, однако я поинтересовался:

– А как полицейские догадались зайти к ювелиру? Ежели Арсений Сергеевич сознательно пошел на убийство, он должен был позаботиться о себе, не так ли?

– Убийство случилось в десять часов. Квартал к тому времени кишит народом. К околоточному прибежал мальчонка и отдал записку, а в ней писалось, что по такому-то адресу слышались выстрелы.

– Простите мое любопытство, – вдруг вспомнил я, – при графе обнаружены деньги, которые он забрал у ювелира?

– Нет-с, к сожалению. Граф не успел найти деньги. Но искал. В кабинете ювелира царил большой беспорядок.

– Значит, деньги целы? Вы нашли их?

– Нет-с, деньги нами тоже не найдены.

– А куда ж они делись? – Вновь одолели меня сомнения, что в убийстве повинен граф. – Коль Арсений Сергеевич пришел к ювелиру средь бела дня за деньгами, стало быть, он знал, где они лежат. Почему же при нем не найдено денег?