– Квадратный, – важно сказал тот. – И вокруг махонькие камушки.

– Никодим Спиридонович, похоже, это был барон, – сказал я. – Он носил на мизинце перстень с сапфиром, усыпанный бриллиантами. И ногти у него были длинные. Когда барон играл на рояле, они отвратительно постукивали по клавишам.

– А говорил, ничего нет приметного… – удовлетворенно крякнул Никодим Спиридонович, расплатился с извозчиком, велел ему отвезти мальчишку по адресу, затем долго сидел, сложив на животе руки, и думал, выпятив вперед губы.

– Не странно ли? У Агнессы Федотовны ночевал князь Дмитрий, после чего барона нашли удушенным… Пролетку для убийства взял Сосницкий, а записку к околоточному половому отдал барон… – высказал я мысли вслух. – Шайка разбойников?

– Не думаю, друг мой, – проворчал тот. – Кто-то кого-то подставляет, как графа Свешникова. Занятно, занятно… Послушайте, батенька, поезжайте к себе, а я еще раз переговорю с Сосницким. Встретимся вечером, я приеду к вам на дом.

Позже стало известно, что Сосницкий купил на двое суток пролетку… по просьбе Агнессы Федотовны – у нее якобы сломался экипаж. Стало быть, это она взяла пролетку, но… не она же стреляла в меня! Коль Сосницкий не отрицал, что взял пролетку в аренду, значит, ему нечего скрывать, и значит, он тоже не стрелял в меня. Остался – страшно подумать – князь Дмитрий Белозерский! У меня голова пошла кругом.

– Неужели князь совершил все эти подлости? – негодовал я.

– Вы слишком доверчивы, – усмехнулся Никодим Спиридонович. – Верите на слово то Свешникову, то Сосницкому, то баронессе. А если все они лгут?

– Агнесса Федотовна не выдала князя, что он ночевал у нее, а ведь она наверняка догадалась, кто задушил барона, – доказывал я. – Хотя это и глупо – выгораживать злодея. Он подставляет ее, Сосницкого, даже покойного барона. Представьте, едва она потребует объяснений от князя… Надобно предупредить ее, а то как бы она не стала очередной жертвой…

– Непременно, Влас Евграфович, непременно, – произнес Никодим Спиридонович. – Завтра же. А не дадите ли мне письмецо, которое писала вам Агнесса Федотовна сегодня утром? К отчету приобщу, на службе-то я сегодня не был, а начальство строгое.