Это совсем другая ситуация чем в пустыне со скалами во время операции Буря в пустыне, когда были отчетливо виден военный транспорт и цели для ударов. Мы делаем все что в наших силах, чтобы предотвратить в будущем такие инциденты, действительно, делаем все, что в наших силах. Hо я думаю, когда историки будут описывать эти события и подводить итоги этой кампании в будущем, они напишут, что это была одна из наиболее аккуратных военных операций в истории такого рода операций. Мы не можем полностью гарантировать, что такого больше не произойдет. Вообще, если вы хотите всего этого избежать, лучше и не начинать военных действий, это просто не реально.

Вопрос:

Итак, мы должны сказать, что война есть война. Господин Шей, что вы можете сказать о роли КОА - в политическом и военном смысле, об отношениях КОА и HАТО: ведь и те и другие находятся в Албании?

Джейми Шей:

HАТО не имеет формальных отношений с КОА, но разумеется нам приходится и придется с этой армией считаться. Президент Милошевич неоднократно заявлял, что хотел бы уничтожить косовскую армию, но они до сих пор действуют. Они сильны, многочисленны, может быть они не проводят больших операций против сербов, однако они действуют на местном уровне: особенно в пограничных районах Албании и Югославии. Им даже удалось захватить в плен югославского офицера, который передан военным силам США в Албании, Ясно, что КОА серьезный фактор. И если HАТО удастся уничтожить часть военного потенциала Сербии с воздуха , косовской освободительной армии будет легче проводить наземные операции. Таким образом, Милошевич будет находиться под двойным давлением.

Вопрос:

Hо с точки зрения военных специалистов. КОА - это армия, или все еще скажем организация на манер, скажем, афганских моджахедов?

Джейми Шей:

Я не думаю, что подобное сравнение вполне справедливо, Конечно, мы не хотим в будущем видеть Косово, где станут действовать многочисленные и хорошо вооруженные группировки.