В сентябре 1941 года начальник штаба верховного главнокомандования вооруженными силами фашистской Германии Кейтель в специальном приказе вынужден был констатировать: "С началом войны против Советской России на оккупированных Германией территориях повсеместно вспыхнуло коммунистическое повстанческое движение, формы действия варьируются от пропагандистских мероприятий и нападений на отдельных военнослужащих вермахта до открытых восстаний и широкой войны силами банд"{12} (так гитлеровцы называли партизанские отряды. - Ю. П.). Кейтель требовал подавить советское партизанское движение{13}. В октябре главнокомандующий сухопутной армией гитлеровской Германии Браухич утвердил для вермахта "Основные положения по борьбе с партизанами". Здесь уже без обиняков перед полевыми войсками была поставлена задача: "Выявление наличия партизан и их уничтожение"{14}.
В августе 1942 года верховное командование фашистской Германии издало директиву No 46, которая, указывая на все расширявшееся партизанское движение, требовала, чтобы все военные инстанции включились в борьбу против него: "Борьба с бандами (партизанами. - Ю. П.), - указывалось в директиве, - подобно командованию на фронте против врага есть дело командования"{15}. Гитлеровские правители рассматривали борьбу против советского партизанского движения как неотъемлемую и составную часть войны, которую они развязали против СССР.
По решению правителей фашистской Германии генеральный штаб вермахта сосредоточивал в своих руках не только руководство сухопутными войсками, но и борьбу против партизанского движения. Верховное командование фашистской Германии потребовало до начала зимы покончить с советскими партизанами, с тем "чтобы, - как указывало оно в своей директиве, - избежать существенного ущерба ведению боевых операций вооруженными силами зимой"{16}.