Нынче пойдет в шестой класс школы, хотя по годам надо бы уже идти в седьмой. Лишний «срок» просидел в первом классе. Бастовал. Приехавшая из города молодая учителка была злая, как овчарка. Учеников называла дебилами и олухами царя небесного. Пришлось обучать ее саму. Вместо ответов на все вопросы Ромка показывал учителке фигу, а та в отместку ставила ему «колы» да «двойки». Забастовку прекратил, когда злючка сбежала из деревни в свой город, а сюда приехала другая – веселая и добрая.

– Как, на твой взгляд, общая обстановка в селе? – спросил Голубев.

– Нормальная. Солярки нету, трактора стоят. Механизаторы в гараже «козла» забивают.

– А председатель о чем думает?

– О себе, любимом. Для собственной техники у Капельки всегда горючки хватает.

– Какая у него техника?

– Два японских джипа. Козырные машины! На «Тойоте» сам ездит, на другой сын гоняет. «Мицубиси-Паджеро» называется. Председатель у нас богатый. Дворец себе построил, как у американского президента Блина Клинтона. Мужики «Белым домом» его прозвали.

– На чем разбогател?

– На прихватизации. Когда колхоз растаскивали по паям, Капелька хапнул самую лучшую землю и технику, что поновее. При объединении назад в общество вернул всякое ломье, а земельный пай оформил в аренду. Теперь алкаши за бутылку на Капельку батрачат, а он миллионы наживает и на критику плюет с верхней полки.

– Фермеры, значит, обанкротились?

– Все крякнули. Один Богдан Куделькин остался. И тот, говорят, если не нынче, то на будущий год, как Баба Яга на метле, в трубу вылетит… А вы с какой проверкой в Раздольное приехали?

– Хотим посмотреть, что к чему.

– Чо тут смотреть. Серьезных драк давно не было. Воровать нечего. Комбикорм, какой на складе имелся, растащили еще по весне, а зерно нового урожая нынче от комбайнов прямиком на райцентровский элеватор увозят.

– Богатая у тебя информация.

– Я не слепой и не глухой. В контору часто на разнарядки с мужиками хожу.