Майор Кулиш рвал и метал от такой рекламы подчиненного. Теперь Баталов не мог незаметно проводить слежку за подозреваемыми, не говоря уже об участии в операциях внедрения. Зато, стараниями Лебедева, Мишу повысили до старшего лейтенанта, минуя очередное звание. Мэр, бывший партийный работник, имел хорошие связи в самых верхах и неограниченную власть в городе.

Баталову припомнился разговор с майором Кулишом по поводу выборов. Они сидели в баре майора. Миша пил коньяк, а Кулиш глотал яблочный фреш и зло косился на Баталова. После ранения в шею, стоило майору выпить спиртное, так сразу начинался нервный тик головы. Кулиш становился похожим на припадочного.

— Ты за кого будешь голосовать? — спросил тогда Кулиш.

— Ни за кого.

— Никто не нравиться?

— Мне давно никто из политиков не нравиться. Я, вообще, на выборы не хожу, — сказал Баталов и маленькими глотками, смакуя напиток, опорожнил бокал. Сделал довольное лицо и закусил долькой лимона, присыпанного молотым кофе и сахаром.

— Ты антисоциальный тип, — пробурчал майор, отводя взгляд в сторону.

— Нет. Я просто не социальный тип.

Миша припарковал «девятку» во дворе старенького двора. Поднялся на третий этаж «сталинки» и, открыв большим ключом мощный замок, вошел в свою двухкомнатную квартиру. Миша был поздним ребенком, его старенькие родители один за другим отошли в мир иной, а девушка уехала в Индию. Подальше от беспокойной страны и опасной работы Баталова. На ее предложение о переезде на постоянное место жительства в страну мудрости, Миша ответил категорическим отказом и жил один, если не считать пресноводной черепахи, поселившейся в столитровом аквариуме.

Миша принял горячий душ, одел тельняшку, спортивные штаны и вышел на кухню ставить кипятиться воду для пельменей. Потом с хлопком открыл бутылку «Балтики» и уставился в окно. Крупными хлопьями шел снег, создавая шапки на крышах автомобилей, но мгновенно тая, ложась на асфальт.