Баталов думал о странном убийстве. Миша не мог понять, почему Шмель не скрылся с места преступления? Он мог уйти еще до того, как посетители бара разобрались, из-за чего мужик свалился на пол. При детальном опросе стало ясно, что никто из свидетелей не видел момент удара. Так же они не видели ножа в руке Шмеля. Кровь из тела пошла сразу, но потерпевший упал на живот, прикрыв рану. Еще некоторое время пропитывался кровью ковролин. Да и по черному цвету мокрого покрытия сразу не определишь — кровь это или другая жидкость: вода, водка, моча, в конце концов. У Шмеля была минута-полторы, чтобы уйти. Для опытного уголовника за шестьдесят секунд не составит труда вытереть свои отпечатки с посуды и стула, прихватить свою подружку и незаметно скрыться. А Шмель очень опытный уголовник. И далеко не дурак.

Миша посолил кипящую воду и закинул пельмени в кастрюлю. Потом достал из холодильника мелкую рыбку в железной мисочке, прошел в комнату и бросил одну рыбешку в аквариум. Черепаха, быстро заработав четырьмя лапами, подплыла к закуске, выбросила на длинной шее змеевидную голову и разорвала блестящее тело пополам. Части рыбы не успели погрузиться на дно, исчезнув в пасти черепахи. Миша бросил еще одну рыбку.

Адвоката Шмелю вызвала подружка. Это понятно. Но на что он надеется после показаний десятка свидетелей и чистосердечного признания? Миша включил телевизор и лег на кровать, лениво переключая каналы дистанционным пультом. Баталов знал, что банк «Кредо», в котором работал покойный Хомов Игорь Витальевич, неофициально спонсировал предвыборную компанию мэра. Возможно, здесь замешана политика, подумал Миша и отпил пиво из бутылки. На экране телевизора появилось симпатичное лицо Алины Вербицкой, Миша сделал громче звук. «Вечерний выпуск повторяют», — подумал Баталов, любуясь журналисткой.