В купе вошел человек лет тридцати пяти — сорока, среднего роста, чуть сутулый,худощавый. Лицо незнакомца было хорошо выбрито, щеки немного одутловаты,выражение чуть брезгливое. Очки с толстыми стеклами говорили о сильнойблизорукости.

По манере, с которой он раскладывал вещи, можно было видеть, что этот человекпривык к точности, порядку и любит даже на одну ночь устраиватьсяпо-серьезному. Такая черта обычно отмечает людей, привыкших к частой сменемест. Они любят и умеют и на бивуаках чувствовать себя как дома.

Мой спутник сел напротив. По-видимому, он совсем не был склонен начинатьразговор или знакомиться со случайным соседом по купе. Весь его вид говорил окакой-то преднамеренной отчужденности. Я от нечего делать продолжал наблюдатьза ним.

Вот он потянулся к столику за книгой. Рядом лежал брошенный мною конверт отписьма, которое принесли мне в вагон. Сосед остановил взгляд на адресе. Потомначал присматриваться ко мне. Выражение его лица не изменилось. Наконец, онзаговорил:

— Вы Ушаков?

— Да.

— Тот, который был на острове Врангеля?

— Да.

— Скажите, ваш проект Североземельской экспедиции утвержден?

— Надеюсь, что да. Принят Правительственной Комиссией и представлен в СНК. Авы кто такой и почему это вас интересует?

— Видите ли... Давайте знакомиться... Моя фамилия Урванцев...

— Тот, который работал на Таймырском полустрове? — перебил я.— Слышал, знаю.Хотел вас увидеть.

В завязавшемся разговоре я узнал подробности о моем собеседнике. НиколайНиколаевич Урванцев родился в 1893 году, в 1918 году окончил по горномуотделению Томский технологический институт и получил звание геолога. Вследующем году он уже работал над изучением геологии устья реки Енисея, и сэтого времени Енисейский Север и Таймырский полуостров стали постоянным райономэкспедиций Урванцева. В 1920—1922 годах он вел разведочные работы на Норильскомместорождении.