– Я не знаю, – честно призналась она.

– Как так?

– Вот так.

– Минуточку. Вы, наверное, меня неправильно поняли, – его тон сделался приторно-слащавым.

Склонив голову набок, мужчина с расстановкой произнес – причем произнес так, как обычно говорят доктора психоневрологических диспансеров, общаясь с буйнопомешанными пациентами:

– Мне нужна баронесса Едитская. Она проживает в этом бунгало. Извольте сообщить ее величеству, что прибыл Афанасий Вольдемарович.

Сглотнув, Катарина попятилась назад.

– Вам нужна Розалия Станиславовна?

– Ну, наконец-то до вас дошло. Конечно, Розалия. Баронесса Розалия Едитская.

Понимая, что еще немного, и она грохнется в обморок, Катка ляпнула:

– К сожалению, баронессы сейчас нет.

– А где она? Мы же договорились.

– Она того… зависает.

Афанасий Вольдемарович насупился.

– Где зависает?

– В ночном клубе.

Отбросив всю официальность, шатен выругался:

– Черт! Не успел.

– Да вы не волнуйтесь так. Вернется она, никуда не денется. Приходите завтра.

– Не успел, – продолжал сокрушаться Афанасий. – С кем она повесилась? Вернее, зависла?

– С неким Олежеком.

– Я так и знал. Старый прохвост, он меня опередил. Не прощу! Он за все ответит. Я вызову его на дуэль.

Ката схватила Афанасия Вольдемаровича за руку.

– Успокойтесь. Хотите, я налью вам рома?

– Милочка моя, – он сузил глаза, – скажите, только предельно откровенно, разве я похож на человека, который пьет ром?

– Ну…

– Смелее, смелее.

– И да и нет.

– Я предпочитаю шампанское! – сухо бросил шатен. – Шампанское, и ничего, кроме шампанского. В моих жилах течет голубая кровь. Я потомственный граф.

«Ага, – подумала Катка. – Такой же граф, как Розалия – баронесса».

Протянув бутылку, Афанасий Вольдемарович поспешил откланяться.