В дверях появился адвокат и спросил:

— Все в порядке?

Томас бросил на него мрачный взгляд.

— Все просто бесподобно, — ответил Джим, сардонически невозмутимый.

— Этот человек что-то искал, — заметил Томас, подсаживаясь к нему на край кровати и окидывая взглядом разгром, учиненный в комнате: бумаги рассыпаны по полу, книги разбросаны, скудные остатки жизни брата раскиданы без сострадания и уважения… — Он спросил, Найт ли я, — задумчиво продолжал Томас, стараясь вспомнить подробности. — Я рассудил, что он имел в виду меня, но, полагаю, на самом деле речь шла о моем брате. Этот тип сказал, что его фамилия Паркс. Я решил, что он адвокат, но, думаю… не могу сказать точно. Он не был знаком с Эдом лично, но, мне кажется, пришел сюда, чтобы с ним встретиться. По-моему, он не знал о смерти моего брата, — добавил Томас, встревоженный догадкой.

Джим нахмурился и сказал, растирая шишку на голове:

— Даже не знаю, как тут быть.

— Я тоже, — признался Томас.

— Что-нибудь пропало? — спросил Джим, поднимая с пола книгу и рассматривая ее.

— Понятия не имею, — сказал Томас. — Красть тут особенно нечего, не считая бумаг, но если какие-то из них и пропали, то я все равно не смогу это определить. — Нагнувшись, он перевернул опрокинутую коробку и увидел на полу под ней свадебную фотографию, теперь слегка смятую. — Подожди. Чего-то определенно недостает. Маленькой серебряной рыбки. Понял, о чем я говорю?

Джим покачал головой.

— Полиция направила сюда людей, — сообщил адвокат. — Нам велели ничего не трогать.