— Это серьезно, Антуан? — спрашивает очумевший профессор.

— Серьезно, мой милый Ватсон! В ближайшее время мы вернемся в ваш дом, возьмем одну из перечисленных мною картин и попробуем сдать ее на экспертизу, чтобы убедиться в моем предположении.

Он качает головой, как бы стараясь избавиться от тягостных мыслей.

— Я — богатый! Ничего худшего со мной не могло произойти! Что же я буду делать с этими деньгами?

— Вы можете и не превращать картины в деньги, а хранить их и жить рядом с ними. К тому же, ваша студентка завещала вам картины, а не деньги.

— Ты прав, малыш! — облегченно вздохнул профессор.

Подошедший к нам мажордом сообщил, что ленч готов,

и добавил:

— Сэр, только что звонили из клиники «Санта Тампакс», чтобы поставить вас в известность, что причиной страданий вашего друга является не половой контакт с обезьяной, а контакт с ядовитым растением, которым он протер интимные части тела. Сейчас его готовят к операции по удалению поврежденных частей тела и пересадке седалища шимпанзе.

— Правильно, для него это в самый раз! — соглашаюсь я.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Церковь Санто Прозибю с виду очень американская: полудеревянная, полукаменная, полуфиниковая. Малюсенький купол, из которого выглядывает колокол, как опухшее яйцо из ширинки.

Отец Мишикуль занят сбором фиников в своем саду. Ему помогает служитель в длинных шортах, из которых торчат волосатые нош.

Его фамилия подсказывает мне, что он француз, и я приветствую его на языке моей родины. Я убедился, что интуиция меня не подвела, услышав в ответ:

— Мы земляки с вами, спасибо Господу!

Ледок первого момента встречи лопнул и потребовал дальнейшего разогрева стаканом виски, которым торопливо угощает нас святой отец, как только мы переступаем порог его обители.