
Но к чему это словоблудие? За дело!
— Так куда мы идем? — спрашиваю я. — В вашу комнату или в мою?
— Останемся здесь.
Заметив мое удивление, она добавляет:
— Все номера оснащены видеокамерами.
— Великолепно!
— Босс склонен к подглядыванию.
— Он что, импотент?
— О-о, нет! — горячо защищает Анжелла своего шефа, обнаруживая тем самым свою недвусмысленную осведомленность.
Она краснеет, и это ей к лицу...
Когда я в своем номере с удовольствием отдаюсь Морфею, нечеловеческий крик заставляет меня вскочить с постели. Я устремляюсь в чем мать родила в апартаменты моего друга.
Достаточно одного удара плечом, чтобы нежный бронзовый замочек вылетел из двери. Что я вижу?!
Толстяк мой воюет, но не с ветряными мельницами, как Дон-Кихот, а с надувной партнершей. Я быстро оцениваю суть катастрофы. Чудовищный гарпун Берю расстроил отлаженную систему очаровательного робота.
Аппарат вспылил и мертвой хваткой защемил насильника. Тот судорожно сжимал в руке бесполезный пульт управления, пытаясь вырваться из объятий своей резиновой любовницы, но леди оказалась высшего качества.
Александр-Бенуа уже не имел сил кричать. Он выл! Я в ярости обхватываю даму за талию и тяну на себя, а вместе с ней и Толстяка.
В номере появляется обслуживающий персонал, мажордом, Анжелла, Брюс. Привлеченный шумом, прибежал и Пино. Ты же знаешь Цезаря! Он спокойно оценивает ситуацию и тотчас предлагает решение:
— Надо острым ножом отсечь инструмент вместе с куклой.
— Не-е-е-ет! — вопит Берюрье, падая в обморок.
Меня осеняет идея.
— Зажигалку! — требую я у Пино. — Скорее!
Он мчится за ней в свою комнату.
Я регулирую пламя до сорока миллиметров и подношу его к груди надутой куклы. Резина начинает темнеть. И, о ужас! Взрыв! Интересно каким газом была наполнена эта любвеобильная особа! Воздушная волна всех присутствующих укладывает на пол, к счастью, толстый и мягкий как кусок пудинга. Коварная кукла теряет свою форму. Жалкое зрелище: Берю в лохмотьях резиновой плоти. Но более ужасную картину представляет его гарпун, похожий на кровоточащий хобот слона, который побывал в пасти каймана. Удастся ли восстановить его? Помолимся!
