Следует отметить, что летом 1945 г. степень насильственности репатриации советских граждан - "восточников" из американских и английских зон оккупации Германии и Австрии была различной. В американской зоне она имела широкий размах, в английской - весьма ограниченный. Офицер советской репатриационной миссии в английской зоне оккупации Германии А.И.Брюханов так охарактеризовал это различие: "Прожженные английские политиканы, видимо, еще до окончани войны смекнули, что перемещенные лица им пригодятся, и с самого начала взяли курс на срыв репатриации. Американцы же в первое время после встречи на Эльбе соблюдали принятые на себя обязательства. Не мудрствующие лукаво фронтовые офицеры передавали Советской стране как честных граждан, стремившихс на Родину, так и подлежащих суду головорезов-изменников. Но это продолжалось очень недолго ..." [2].

С позиций сегодняшнего дня вся эта эпопея обязательной репатриации выглядит грубейшим нарушением такого элементарного права человека, как право жить там, где ему хочется, а не там, где его заставляют жить сильные мира сего.

Однако нельзя забывать, что эти события происходили почти полвека назад, и нынешнюю шкалу представлений о правах человека было бы не совсем правильно прикладывать без существенных оговорок к сложным и противоречивым процессам того времени. Степень цивилизованности основной массы народа и уровень его представлений об элементарных правах человека были тогда значительно ниже, чем в настоящее время. Диктат государства, шедший подчас вразрез с интересами отдельных личностей и даже социальных групп, считался вполне естественной вещью. Интересы государства требовали, чтобы все советские граждане, оказавшиеся вследствие войны за границей, были возвращены на Родину. Достичь этого можно было только посредством обязательной репатриации, а тот факт, что часть советских перемещенных граждан не хотела возвращатьс в СССР, служил лишь веским аргументом в ее пользу.