Некоторые сослуживцы даже считали их хитрым тактическим ходом для продвижения по службе. Но это было не так. Хорев совершенно не был ожесточенным человеком или фанатиком войны. Но его профессионализм несколько стеснялся себя самого в отсутствие реального противника и боя. Своим, имевшим богатый опыт после войны в Заливе, американским коллегам он искренне завидовал. Впрочем, вышеупомянутые рапорты как-то дали совершенно неожиданный эффект. В 1987 г. афганские повстанцы получили ПЗРК и советская авиация начала нести чудовищные потери. Ещё более печальным был факт, что изрядная часть летчиков, спасшихся из подбитых машин, погибала впоследствии не от рук партизан, а от неумения выживать в горах и пустыне. Хорев в Афганистан не попал, но соответствующую подготовку прошел и иногда, в хорошем подпитии, делился с сослуживцами приобретенным опытом, повергая всех в уважительное оцепенение. Навыки выживания также могли оказаться небесполезными через считаные часы и майор уверенно улыбнулся. Всё складывалось совсем неплохо.

Вылет должен состояться через три четверти часа, в 12:00. Так оно и будет, никаких неожиданностей нет. Хорев с удовлетворением отметил, что зависящая от него часть тонкого и сложного плана соблюдается безупречно и через несколько минут он отправит оговоренный сигнал. Майор уже прошел медицинский контроль и, надев летный комбинезон, тщательно осмотрел себя в зеркале. Широкий и плоский пояс совершенно не выделялся под объемным противоперегрузочным костюмом ППК-15, как впрочем ранее он не выделялся и под летным кителем, когда Хорев через КПП проходил на аэродром. Содержимое пояса, если всё пойдет как запланированно, могло ему пригодиться в самом недалеком будущем. Неторопливо и тщательно отмечая вокруг себя все детали, майор вышел к ангару. Его СУ-27, в особой комплектации, как и полагалось, стоял уже под открытым небом. Хорев приблизился к механику.

— Всё в порядке, Юра?

Механик неторопливо повернулся к Хореву и, с учетом скорее не своего младшего звания, но старшего возраста, лениво откозырял.