Цифры умопомрачительные, а их источником являются официальная статистика царской России, помещенная, в том числе, в словарях Брокгауза и Эфрона.
Но это одна сторона медали. Другая — превращение России в полуколонию европейских государств. К лету 1917 г. почти 90 % российской промышленности принадлежало Европе, банковская система практически находилась в руках французов. Россия села на иглу иностранных займов, попав в долговую кабалу. Правительство не могло сверстать ни одного бюджета самостоятельно; фактически он расписывался Парижем и Лондоном. В первую мировую войну мы втянулись опять же из-за Франции, отправляя сотни тысяч солдат на бойню ради ее интересов.
Рост экономики сопровождался резким обнищанием всего населения страны (из-за чего и происходили забастовки, бунты и восстания). Самое главное, средняя продолжительность жизни — конечный показатель всего экономического развития — в 1913 г. упала до 30,5 лет с где-то 31–32 лет в 1861 г., в то время когда в Европе она была равна в среднем около 51 года. (При советской власти, между прочим, за короткое историческое время, этот показатель достиг среднего уровня Европы, т. е. около 67–68 лет на начало 70-х годов).
Обращаю внимание Виктории на то, что не случайно в годы гражданки англичане высадились в Мурманске и хозяйничали на Кавказе, французы на юге в районе Донбасса, американцы и японцы на Дальнем Востоке. Поскольку именно таким образом были распределены экономические сферы влияния наших «союзников». И если бы в 1917 г. большевики не пришли к власти, в 1918 г. Россия потеряла бы не только экономический суверенитет (она ее потеряла уже до войны), но и политический. Вариант Индии. В лучшем случае.