– Я бы не хотела попасть в число ваших врагов... Догадываюсь, что вы безжалостны... Если бы вы меня подозревали, то задушили бы без разговоров.

– Вы правильно догадались, – ответил Юбер. – В делах такого рода надо сначала убивать, а потом разбираться. Это единственный способ сохранить свою шкуру...

– А вы очень дорожите своей шкурой?

– Не очень, – ответил он, – иначе выбрал бы себе другую профессию... Но эта работа мне нравится, и я хочу как можно дольше заниматься ею. Теперь расскажите мне, что вам известно об организации противника.

Она посерьезнела, и ее голос стал суше:

– В течение года Швецию наводняет все возрастающий поток советских туристов. Я их видела и могу вас заверить, что из них туристы, как из мясника дипломат. Все рослые красивые парни со стальными мускулами. О мозгах говорить не будем. Мозг в другом месте, они только выполняют приказы. Я почти уверена, что один из центров организации находится в туристическом агентстве «Ландснорр»: все советские туристы приезжают через его посредничество. Управляет агентством некий Жорж Мазель, выдающий себя за француза.

– Выдающий себя? – переспросил Юбер.

– Я с ним познакомилась, – объяснила Карин, – мы даже стали добрыми друзьями... Я уверена, что он такой же француз, как и я... Очень красивый мужчина и необыкновенно умный. Думаю, он столь же «сентиментален», как вы... Примерно неделю назад я послала мистеру Смиту его фотографию и отпечатки пальцев... Надеюсь, скоро получу ответ. Если он уже имел дело с нашей службой, мы узнаем, кто он на самом деле.

Она замолчала, откинулась на спинку кресла и улыбнулась. Юбер спросил:

– Это все?

Она улыбнулась шире и ответила:

– Пока все. Теперь ваш черед рассказывать.

Он молчал добрую минуту, снова разглядывая ее с ног до головы. Чувство, что он встречал ее раньше, и невозможность вспомнить, где именно, продолжали раздражать его. Наконец он начал непринужденным тоном: