– Я, кажется, говорил вам, что приехал в Стокгольм сегодня утром шестичасовым поездом. Около половины шестого, когда поезд въехал на мост Содертальге, противник появился в первый раз. Субъект, возможно, лежавший на крыше вагона, опустил стекло купе, в котором находился один я, и начал стрелять. К счастью для меня, он ошибся полкой... и зря потратил три пули. Заключительная часть путешествия прошла без проблем. Выйдя на центральном вокзале, я ожидал увидеть указанную мне машину... Машины не оказалось. Я подождал полчаса, потом сел в такси и поехал в Скансен-Отель на Норр Малар Странд, где прожил несколько недель в конце последней войны. На мосту таксист остановил машину, утверждая, что спустило колесо. Он высадил меня и попытался оглушить. Мы дрались, как собаки. По всей очевидности, он хотел сбросить меня в воду... Вмешался полицейский, и мне пришлось показать документы. У «таксиста» их, разумеется, не оказалось... Воспользовавшись наступившей передышкой, я оглушил его, доехал на такси до Скансен-Отеля, где и оставил машину вместе с типом, и ушел в старый город, зная, что там легче спрятаться. В одной гостинице, название которой не помню, я смог помыться и почистить одежду, а около девяти часов зашел в кондитори, позвонил вам, и ваш ответ привел меня в ярость.

Она объяснила мягким голосом:

– Днем ко мне должен был зайти Жорж Мазель. Я не знала, когда точно, и не хотела подвергать вас риску нежелательной встречи.

– Он пришел?

Она отрицательно покачала своей прелестной головкой:

– Нет. Позвонил во второй половине дня и перенес встречу на завтра.

Юбер продолжил рассказ:

– После утренних инцидентов у меня не было никакого желания поселяться в гостинице. Официантка кондитори, хорошенькая блондинка, отзывающаяся на имя Улла Нистром, сдала мне меблированную комнату в доме, в котором живет со своей теткой. Дом 27 по Остер Гатан. Улла работает в кондитори напротив своего дома.