И над всеми этими персонажами детских сказок царил - подобно тому, как отец Хилари с раздражением и досадой царил над своим никудышным семейством, - фермер Макгрегор, который запек папочку Питера Кролика в пирог и под огромный башмак которого, судя по картинке в книжке, едва не угодил сам Питер. Анна читала, а Хилари дрожал, усматривая в фигуре фермера сходство со своим внушающим страх родителем.

Детство не вечно, но некоторые продолжают цепляться за детскость, не желая с ней расставаться. В начале шестидесятых, накануне веселых времен "Битлз" и вседозволенности, Хилари отправили в Оксфорд: Донни Маннеринг придерживался старомодного мнения, что любой другой университет не годится. Там Хилари выставил на своих книжных полках собрание сочинений Битрикс Поттер рядом с изданиями, более ходкими среди первокурсников.

- Но, дорогой мой, это же экзистенциальные шедевры века, - объяснял он приятным, хотя тонким и слегка свистящим своим голосом. - Какие страсти, обольщения, сколько в них щемящей горечи; нет, Пруст и Джойс не идут здесь ни в какое сравнение.

Битрикс Поттер - только ею он и сумел прославиться в Оксфорде. Он вступил в два или три радикальных кружка, но через несколько недель вышел из них, пробовал играть на сцене, но не мог запомнить роли, напечатал три стихотворения в тонком малотиражном журнальчике.

У него был всего один друг - широкоплечий, белокурый и на вид туповатый регбист из университетской сборной по имени Чарли Рамсден, который учился вместе с Хилари в привилегированной школе еще до Оксфорда и всегда считал его гением. Этому мнению он не изменил и после того, как Хилари получил одинаковый с ним низкий выпускной балл, что оба они приписали зловредности экзаменаторов. Хилари, со своей стороны, относился к Чарли нежно покровительственно, как к любимой собаке.

- Рекомендую вам Чарли, - обычно представлял он друга новым знакомым. - Великолепен в регби.