Я поехал следом за полицейской машиной. Вначале мы попали к врачу. Его диагноз гласил: легкие ожоги и небольшое отравление угарным газом, в остальном все в порядке. Это относилось ко мне. У Лоретты Смит он нашел то же самое, плюс небольшую шишку за ухом. Сотрясения мозга у нее не было. Ее оглушили ровно настолько, чтобы она потеряла сознание, задохнулась в дыму и сгорела.

Затем последовал полицейский участок, где мы предстали перед дежурным лейтенантом. Его кабинет находился в задней части здания, позади камер. Маленькая мрачная комнатка с письменным столом, стульями и шкафами картотеки у стен. Когда полицейский из патрульной машины привел нас, лейтенант сидел за письменным столом и читал книгу. Он заложил страницу спичкой и отодвинул книгу в сторону. Выглядел он весьма необычно.

Ростом сантиметра на два ниже меня. Длинное, почти квадратное туловище покоилось на массивных коротких ногах. Голова — лысая, как яйцо. Бесцветные брови почти невидимы. Лицо грубое, с широкой челюстью, широким твердым ртом и серыми глазами-щелочками. Хотя ему было не менее 45 лет, в фигуре его не было ни малейшей дряблости. Шелковая трикотажная рубашка с короткими рукавами обтягивала мощную грудь и широкие плечи. Обнаженные руки были длинные, мускулистые и такие толстые, что мне едва ли удалось бы обхватить пальцами его запястье.

— Я получил радиодонесение, — сказал он хриплым, но ровным голосом. — Теперь расскажите вы, что там произошло...

Он выслушал наш рассказ с серьезным видом и, когда мы кончили, с грустью покачал головой.

— Мои люди ищут этих двух парней, миссис Смит. Но не могу обещать, что мы их поймаем. Скорее всего, это подростки. Они бесчинствуют безо всякого повода, лишь бы показать свое геройство, поэтому их трудно поймать...

— Люди, которые оглушили миссис Смит и подожгли ее дом совсем не подростки, — заявил я. — Это вполне взрослые гангстеры, и имели они вполне определенные цели.