Но как? Вот в чем вопрос. Именно этот вопрос не давал ему покоя, не давал Борису спать, не давал ему жить. А ведь он думал, что жизнь — налаживается! Что Мишаня, одноклассник, которого он неожиданно встретил в Москве, оказался на его дороге не случайно. Что небесам было так угодно, чтобы он, Борис, невзрачный рыжик, наконец-то смог стать кем-то. И Борис попытался это сделать. Попытался забыть, что всю жизнь ему не везет, с самого рождения, что все у него валится из рук, что ни одного дела он так и не довел до конца и что мама говорила, что его сглазили. Еще во младенчестве. Только кому надо было это делать? Обычно наводят порчу на того, кому завидуют. А разве можно завидовать младенцу?

Он ведь немощный, зависимый и к тому же пока еще ничего не успел добиться в жизни! Так зачем же завидовать младенцу? Это можно делать только в одном случае: если малыш красивый, а собственный ребенок того, кто завидует, гораздо менее приятен внешне. Но Борис был отнюдь не красавец. Рыжий, маленький, невзрачный, с россыпью золотистых веснушек по всему лицу, с блеклыми, словно застиранными голубыми глазами, он и в детстве был таким же бесцветным, как застиранная пеленка. Куда логичнее было бы завидовать его сестре. Вот кто красавица, так это она. Но у нее все отлично, ее жизнь великолепно сложилась. Она добилась всего, чего хотела. И делает только то, что ей нравится. Она не открывала автосервис, который через восемь месяцев его существования конкуренты спалили дотла. Она не брала взаймы у бандитов, и ей не надо напряженно думать, как же теперь вернуть эти деньги. Мишаня, правда, сказал, что насчёт денег ему нужно обратиться как раз к сестре. У нее есть эти деньги, и она может выручить брата. На что Борис сказал Мишане, что ни при каких обстоятельствах он не станет причинять неприятности единственному близкому существу, которое у него осталось после смерти родителей. А Мишаня сказал, что в таком случае его ребята причинят неприятности самому Борису. И неприятности эти будут гораздо крупнее, чем те, которые Борис мог бы причинить своей сестре. Во всяком случае, Борис останется жив, если добудет эти четыреста тысяч в течение месяца, добавил Мишаня.