- Как думаешь, видно им оттуда наше Олексино?

Сима с грустью вздохнула: "Одним бы глазком посмотреть, что делается дома, в родном селе..."

С запада, куда только что ушли самолеты, донеслась яростная дробь пулеметных очередей. Завыли на виражах невидимые истребители.

Где-то далеко в небе начался воздушный бой. Он был скоротечным, и девушки снова направились было к столовой. Но вдруг со стороны синевшего за большаком леса низко над землей показался тяжелый бомбардировщик, похожий на те, которые несколько минут назад проплывали над деревней. Возле бомбардировщика вились два наших "ястребка".

- Неужели "мессеры" подбили? - И девушки, встревоженные, остановились.

Самолет, выпустив шасси, начал снижаться за речушкой Быстрянкой на луг...

Из дверей школы выбежал дежурный по госпиталю - высокий подвижный капитан медицинской службы. Он метнулся по двору, кого-то разыскивая. Увидев девушек, крикнул:

- Березина! Сорока! Захватите санитарные сумки и бегом к машинам! Дежурный махнул рукой в сторону приземлявшегося самолета.

Через минуту на луг умчались две "санитарки" - легкие автобусы с узкими продолговатыми кузовами.

Капитан Гарри Дин - командир экипажа "летающей крепости" - сидел в автобусе на боковой скамейке между Симой Березиной и плечистым пожилым санитаром. Автобус слегка потряхивало, а американец что-то выкрикивал, придерживая правой рукой забинтованную левую руку. Сима, вслушиваясь в незнакомую речь, догадывалась, что капитан ругается, и попыталась успокоить раненого:

- Не волнуйтесь, пожалуйста, вам вредно, - и девушка прикоснулась к его повязке.

- Вредно? Вы говорите, мне вредно волноваться? - с раздражением переспросил Дин.

Услышав от американца русские слова, Сима с удивлением и даже растерянностью посмотрела ему в лицо.

- Вы удивлены? - улыбнулся капитан. - Русский язык я немного знаю. Пять лет изучал, год во Владивостоке жил...