— Совершенно верно.

— Так он твой знакомый, Нора?

— И твой тоже. Мистер Таннер, это же ваши статьи публикуются в «Объединенных ирландцах»? И ты его знаешь, папа. Одну напечатали в последнем номере ежемесячника, в ней еще предлагалось предоставить места в парламенте почетным представителям шести графств. Называлась она «Ждем представителей наших северных братьев». Автор — Ивен Майкл Таннер. Ты еще восторгался высказанными в ней мыслями и мечтал пожать руку человека, который ее написал.

Его глаза широко раскрылись.

— Так это вы написали эту статью, мистер Таннер?

— Я.

Он взял у меня чашку с чаем.

— Нора, это вылей. Принеси кувшин с «Пауэ». Сбегай в «Гаррити» и приведи своего брата Тома. Жаль, что не могу познакомить вас со своим старшим сыном, мистер Таннер. Он очень хотел бы встретиться с вами, достойный член Братства, знаете ли, но бедняга сейчас в Англии.

— Надеюсь, не в тюрьме.

— Нет, слава Богу, работает в какой-то конторе. Здесь молодому парню на работу не устроиться. Поторапливайся, Нора, и приведи сюда Тома. Да держи язык за зубами! — он печально покачал головой. — Грустно об этом говорить, но вокруг полно шпионов и доносчиков.

О дневных подвигах Ивена Таннера мы узнали по радиоприемнику в кухне. Я сидел за столом в компании Долана, Норы и Тома. Мустафа, видать, насмотрелся фильмов с Джеймсом Бондом, так что его версия моего побега отличалась от реальных событий как небо и земля. Меня выставили опасным шпионом (страна, на которую я работал, не указывалась), которого переправляли в Америку после неудачной попытки заразить все население Турции холерным вибрионом. В мужском туалете аэропорта Шеннона я раздавил между пальцами маленькую капсулу, из которой вырвался газ, мгновенно парализовавший спинной мозг Мустафы. Так что сопротивляться он не мог. Я, конечно, этим воспользовался. Ударил беззащитного с такой силой, что он потерял сознание, связал и запер в одной из кабинок.