Как я к Илье отношусь? С одной стороны - объективно это он привел в мой дом людей, из-за которых я оказался в лагерях. С другой - понятно, что Илья не знал, кто эти люди, и зла не хотел. Мы с ним остались друзьями, несколько раз встречались после отсидки, переписывались. Можете дать ему мой телефон, когда свяжетесь, пусть позвонит.

"Я на Костоглотова не похож"

Вероника Туркина:

- Вообще-то история ареста Ильи - это история ареста Костоглотова из "Ракового корпуса". Я не говорю, что Илья прямой прообраз Костоглотова: характер, история его болезни - тут сам Солженицын. Но обстоятельства ареста - соломинские.

Александр Солженицын, "Раковый корпус":

"...Моего следователя не удовлетворило слово "группа". Он любил называть нас ш а й к а. Да, нас была шайка - шайка студентов и студенток первого курса. Мы собирались, ухаживали за девочками, а мальчики еще разговаривали о политике. И о ... С а м о м. Нас, понимаете ли, кое-что не устраивало. Мы, так сказать, не были в восторге. Двое из нас воевали и как-то ожидали после войны кое-чего другого. В мае перед экзаменами всех нас загребли".

- Про Костоглотова я вам вот что скажу. Где-то в конце шестидесятых у меня на заводе была командировка в Рязань. Естественно, зашел к Солженицыным. Они с Наташей оказались на даче, но Наташина мать дала адрес, поехал туда - где-то под Обнинском. Обрадовались, обнялись - и вдруг еще какие-то гости сваливаются. Кто, что - не знаю, но, похоже, приехали мириться люди, на которых Исаич был за что-то зол. Потому что мы с Наташей в теньке на лавочке разговаривали, а Исаич с гостями, и вдруг он резко так: "Не буду я от вас подарков брать! И это забирайте!" И бутылки со стола смахнул (гости как раз ставить начали). Одна только устояла. Исаич говорит: "Мы ее с Ильюшкой выпьем". Налили. А гости не ушли, рядом сидят. И одна женщина (я из разговора понял, что, вроде, тоже из бывших заключенных) заговорила про "Раковый корпус".