Не знаю, что меня толкнуло, но я почему-то сразу понял: это - "СМЕРШ" и дело политическое. Побежал к батарейной грузовой машине - знал, что там, в кузове, лежит черный снарядный ящик, в котором Солженицын держал свои записи. Ящик схватил, отнес в лес и содержимое стал быстро перекладывать в свой вещмешок. Вещмешок был со мной все время, после войны я все, что тогда спрятал, отдал Наташе.
- А что там было?
- Рукописи, книги... Письма... Переписка с друзьями, с Наташей, с какой-то студенческой знакомой, с Лавреневым - Александр Исаевич ему рассказы свои посылал...
Вероника Туркина, двоюродная сестра Натальи Решетовской:
- Ильюша тогда, по сути, спас Исаича. Он успел спрятать (или частично уничтожить) личные записи, книги - в том числе и трофейные, которые Исаич из любопытства подбирал. Если бы это попало в руки следователям - еще вопрос, как бы все повернулось... Я потом видела бумаги, которые Соломин привез. Помню дореволюционное издание "Войны и мира" и на полях комментарии мелким-мелким исаичевым почерком.. .
- Солженицын свой арест в "Архипелаге" описывает иначе. Говорит, что взяли его у командира бригады Травкина...
- А "эмка" к Травкину и поехала. Там официальный арест состоялся. Сам Захар Георгиевич Травкин к Солженицыну с симпатией относился, особенно после истории с окружением. Вообще специально подчеркну: и в батарее, и в дивизионе Александру Исаевичу очень сочувствовали. После его ареста в батарею приехал из политотдела Семенов, собрание проводил: дескать, органы разоблачили врага народа. Слушали молча. Но все ведь знали, что мы с Исаичем дружили! И потом с глазу на глаз мне многие говорили - зря хорошего человека сгубили. И офицеры, когда я в штабе появлялся, - то же самое...
- Вам тогда было известно, за что его арестовали?
- Ходил слух, что за переписку с другом.