Добавлю про однополчан. Через год вообще вышла одна ситуация... Я бумаги Исаича повез в Москву - Наташа тогда там в аспирантуре училась и жила у Вероники Туркиной. Прихожу - а у Туркиных сидит лейтенант Мельников, командир топографического взвода, и рассказывает, как дело было. Он, оказывается, тоже посчитал своим долгом навестить. И тут я вхожу... Мы растерялись оба - каждый ведь сам по себе шел, каждый старался, чтобы без лишних глаз и ушей.
Между тезками по отчеству
Те, кто верит во "власть имени", уверяют - тезки по отчеству в схожих ситуациях и ведут себя похоже. Интересно, определяет ли отчество схожесть самой ситуации?
Между Александром Исаевичем Солженицыным и Михаилом Исаевичем Таничем оказался Илья Соломин на следующем жизненном этапе. Это случайное обстоятельство определило и судьбу Соломина, и судьбу Танича, и другие судьбы.
Михаил Танич:
- Илью Соломина я помню очень хорошо. После войны мы вместе учились в Ростовском инженерно-строительном институте - я на архитектурном факультете, он на ПГС. Невысокий, коренастый, с залысинами, глаза чуть навыкате, Илья ходил в стоптанных кирзачах, в военной форме без погон - у него другой одежды не было. Кажется, носил на гимнастерке орден Красной Звезды. Подрабатывал в институте электриком. Был умным - этакий философ, всегда смотрел в корень любого явления. Мы иногда выпивали вместе - Илья это умеет. Он был под большим влиянием личности своего командира батареи (которого тогда никто не знал), считал "Саню" особым человеком и за бутылкой часто вспоминал. Жил он тогда на квартире у Решетовской...
- Вы в Ростов поехали, потому что Солженицыны были ростовчане?
- Да. Предыстория такая. Я из Минска родом, и когда наши Минск взяли, естественно, рвался узнать, что с семьей. Но батарея проходила не через Минск, а километрах в двадцати от него. Солженицын попросил Пшеченко меня отпустить, тот не разрешил сначала, но через час вдруг подлетает его "виллис" и Пшеченко кричит: "Соломин! Быстро! Поехали, поищешь своих!" Приезжаем ко мне на Революционную - дом разбит.