Несмотря на пальбу, политические движения не замедлили темп, и в России сделалась революция. Когда она закончилась, возникли непонятки с защитой родины. Нужно ли продолжать защищать, или можно не защищать? И от кого?

Большинство людей, не имеющих отношения к власти, склонны были думать, что не нужно. Воспользовавшись этим, две партии, не дожидаясь выборов, устроили переворот, объявив предыдущее правительство, частичными членами которого они являлись, вне закона. Еще некоторое время спустя одна из этих партий исключила из игры другую, и в связи с этим дело защиты родины плавно перетекло в гражданскую войну на ее, родины, территории. В этот момент союзники свергнутого правительства, возможно впервые в истории, проявили лояльность, вспомнили вдруг о чести и долге, и стали ему, свергнутому, помогать восстановиться, но из этого ничего не вышло.

Когда и эта война закончилась, первое в мире атеистическое правительство, произошедшее от обезьян, первым испытало принципы Призрачного Производства в условиях одной отдельно взятой страны, предварительно уничтожив физически несколько миллионов тех, кто не был согласен с такой постановкой вопроса, а также тех, кто под горячую руку попался, или же выглядел так, как будто мог, в принципе, быть не очень согласен.

Поскольку правительство было атеистическим и исповедовало материализм, духовные устои отвергли сразу и до конца. В идеал было возведено исключительно материальное – призвали стремиться к набитию желудков всех без исключения граждан и к постепенному приходу к распитию чая с лимоном на веранде индивидуального дворца всеми гражданами. При этом ничего не было сказано о том, кто этот дворец будет убирать и следить за санузлами. Стиль постройки дворцов вначале предполагали татлинский, прогрессивный, но потом решили, что лучше пусть будет неоклассицизм. По проектам Татлина строить было нельзя. Татлин ничего не знал о зависимости устойчивости здания от расположения несущих конструкций.