Но Вильсон не докончил.

Те-Ар-Ши уже успел оправиться от полученного удара и незаметно нажал кнопку находившегося на стене электрического провода, который проходил в комнату Жень-Тшунга. Дверь открылась и в отверстие ее просунулась голова мошенника-слуги.

— Войди, Жень-Тшунг и убери-ка этого белого дьявола, — приказал хозяин, — но прежде отними у него денежки, которые он отобрал у нашего последнего гостя.

Жень-Тшунг не шевельнулся и только широко осклабился.

— Что ты оглох, Тшунг, что ли?

Слуга вошел, медленно прикрыл за собою дверь; остановился около нее и, указывая на Вильсона, сказал:

— М-р Вильсон — друг бедного Жень-Тшунга; он дает ему деньги, мы будем работать вместе. Как же Жень-Тшунг может выгонять м-ра Вильсона, своего друга? Нельзя выгонять друга, нельзя отбирать у него деньги!

— А, негодяи! Так вы сговорились против меня! Хорошо же, я знаю, что мне надо делать. Я продам всю эту лавочку и поеду с дочерью обратно в Китай. Довольно с меня служить злодею и негодяю!

Вильсон злобно усмехнулся.

— И убирайся по добру, по здорову, никто тебя, дурака, не держит. Но только ты поедешь один, твоя дочь останется здесь! Мой друг Жень-Тшунг хочет на ней жениться и ты, конечно, отдашь ее ему. Да и насчет продажи своего дома можешь не хлопотать; мы избавим тебя от этой обузы.

— Да, м-р Вильсон прав! — вмешался тут и слуга. — Я женюсь на Ло-Ту-Унге и оставлю себе вот этот дом. А Те-Ар-Ши пускай себе едет домой!

— Да что вы, с ума сошли, что ли? — закричал хозяин, — Неужели вы воображаете, что я вам так и дамся!

Адвокат опять злобно усмехнулся.

— Мы не думали сходить с ума, — язвительно заметил он, — но и не желаем вести никаких длинных переговоров, Вот, что я тебе скажу; или ты сейчас же сделаешь то, что мы тебе приказываем, или мы заявим о тебе в полицию. Как ни хорошо запрятаны твои известковые ямы, я сумею показать, где они находятся. Ну, а что будет с тобою потом… это, я думаю, ты знаешь и без особых пояснений.