Матросы собрались у шлюпок и были готовы покинуть корабль по первому знаку Ханта. Люди неловко балансировали на палубе, зловеще накренившейся под ногами. Отправленный на корму лотовой громко возвестил:

— Глубина сорок фатомов

Требовалось преодолеть еще как минимум сотню футов, чтобы достичь безопасной глубины. Капитану казалось, что его корабль тащится к этому крошечному коралловому островку с черепашьей скоростью. А «Кирсарг» тем временем оседал все глубже и глубже. Крен достиг уже десяти градусов. И все же риф постепенно приближался. Уже можно было разглядеть волны прибоя, взрывающиеся сверканьем брызг в лучах заходящего солнца.

— Десять фатомов, сэр, — прокричал лотовой матрос, — и быстро поднимается.

Не собираясь рисковать жизнью экипажа, Хант уже готовился отдать команду покинуть корабль, когда «Кирсарг» коснулся дна, пропахал килем широкую борозду в рифе, остановился и завалился набок, увеличив крен до пятнадцати градусов.

— Слава богу, спасены, — пробормотал рулевой, не в силах оторвать онемевшие руки от штурвала.

— Глубоко засели, — заметил Эллис, обращаясь к Ханту, — Да еще отлив начинается, так что в ближайшие несколько часов наш старик никуда не денется.

— Это уж точно, — с горечью согласился капитан. — Жаль, что его не удастся спасти.

— Ну зачем же так мрачно, сэр? Если днище не повреждено, буксир легко стащит «Кирсарг» в открытое море. А пробоину мы в два счета залатаем.

— Во всем виновата эта проклятая подводная лодка неизвестного происхождения. Если есть на небе Бог, он непременно воздаст кому-то за это злодеяние.

— Может, уже и воздал, — оптимистично предположил Эллис. — Вы заметили, сэр, как быстро она погрузилась после столкновения? Должно быть, своротила нос и пускает теперь пузыри где-нибудь на дне морском.