Пожилой мужчина в сером синтетическом костюме наклонился к своей жене и что-то прошептал. Ее плечи затряслись от беззвучного смеха. Мальчик лет четырех встал со стула рядом с бабушкой, прошагал по проходу в центре и сел на пол, уставившись на Рейчел. В самом последнем ряду толстая женщина в сиреневом платье читала "Мадемуазель".

– Сколько книг продается благодаря подобным мероприятиям? – прошептал я Линде Смит. Она пожала плечами.

– На практике узнать нельзя, – прошептала она в ответ. – Теоретически – такие выступления помогают. Чем они чаще, тем лучше. И на больших сценах, как "Тудей-шоу"

– Есть ли вопросы? – спросила Рейчел, закончив свою речь. Аудитория рассматривала ее. Мужчина в белых носках и домашних тапочках мирно спал в первом ряду справа. В тишине громко шуршали, страницы "Мадемуазель". Женщина, перелистывающая их, казалось, этого не замечала.

– Если вопросов нет, спасибо.

Рейчел спустилась с низкой сцены около маленького мальчика и пошла по центральному проходу к Линде и ко мне. За дверями зала на столе красовались разноцветные маленькие пирожные и внушительный аппарат для варки кофе с грязным отпечатком пальца у крана.

– Все замечательно, – обратилась Линда к Рейчел.

– Спасибо, – ответила та. Председатель "Друзей" предложил:

– Не хотите ли чашечку кофе, подкрепиться?

– Нет, спасибо, – сказала Рейчел, отрывисто кивнула мне, и мы втроем направились к дверям.

– Вы уверены, что не хотите подкрепиться? – спросил я, когда мы вышли из библиотеки.

– Я хочу два или три мартини и ленч, – ответила Рейчел. – Что у меня сегодня во второй половине дня, Линда?