— Но ведь она — стриптизерша, девочка по вызову.

— И что с того?

— Как что? Ее наши мужчины для шефа в качестве сюрприза ко дню рождения пригласили, и в тот вечер Дмитрий увидел ее впервые.

— Да откуда вы знаете, что впервые?

— У Дмитрия Анатольевича не может быть таких знакомых.

— Вы в этом уверены? — с сарказмом спросил майор.

— Представьте себе: уверена на сто процентов. Повторяю еще раз, если вы меня не очень хорошо слушали, господин следователь. Вот уже три года я — личный секретарь Князева Дмитрия Анатольевича, я знаю его распорядок дня до минуты, — четко проговорила Катя.

— А распорядок ночи вы тоже знаете? — усмехнулся тот.

— При чем здесь ночи? — раздраженно спросила девушка. — Он добропорядочный семьянин, прекрасный муж и заботливый отец, поэтому всегда ночует дома, со своей семьей.

— То-то я смотрю — жена этого добропорядочного семьянина и прекрасного мужа даже от свидания с ним отказалась, — хмыкнул майор. — Если вы так хорошо знаете все о жизни своего шефа, тогда, может быть, объясните, почему она так поступила? Что же вы молчите? — настойчиво спросил он, увидев растерянность Кати, которая не знала, что и ответить. — То-то и оно, — вздохнул он. — Вы, можно сказать, единственный человек, кто так радеет о нем. Все ваши сотрудники дали показания, но спорить со мной никто не решился, потому что понимают — это не имеет смысла. Хочу дать вам совет, девушка: не теряйте времени даром, все равно ничего не получится. Ступайте себе с богом и смиритесь с мыслью, что работать вам теперь придется без своего шефа лет эдак десять.

— Но почему? Ведь, насколько мне известно, в любом преступлении должен присутствовать мотив, — сделала еще одну попытку Екатерина, не желая так просто сдаваться. — А какой может быть мотив у Дмитрия Анатольевича относительно той девушки? Она ведь просто танцовщица из ночного клуба. Что может связывать таких разных людей? Вы обязаны все перепроверить, все пересмотреть, опросить всех свидетелей еще раз! И найти настоящего убийцу, — Катя упрямо сдвинула брови. — Иначе я подам на вас жалобу в самую высокую инстанцию, какая только существует в вашем ведомстве.