— Вот привязалась, — тяжело вздохнул майор. — Можете жаловаться сколько угодно, только зря потратите время.

— Почему?

— Князев собственноручно написал признание. Так сказать, ему оформили явку с повинной. Был пьян, состояние аффекта и все такое, — объяснил следователь. — Надеюсь, теперь вам все понятно?

— Но почему?! — поразилась Катя. — Зачем он это сделал?

— Какая вам разница, почему и зачем? Если человек признал свою вину, значит, для этого имеются причины, вы согласны?

— Согласна, поэтому тем более хочу знать — почему он это сделал?

— Ваш Князев был знаком с этой девушкой раньше, и, как выяснилось, не просто знаком, а имел с ней близкие отношения.

— Господи, что за глупость? — опешила Екатерина. — Откуда у вас такие сведения?

— Родители танцовщицы несколько раз видели, как он подвозил ее до дома на своей машине, и даже номер запомнили.

— Родители? Да вы хоть видели этих родителей? Они же… они же алкоголики! Они приходили в нашу компанию, требовали, чтобы им возместили ущерб потери кормилицы, чтобы мы похороны оплатили, и вообще, подняли такой скандал… Да этих родителей волновало не то, что их дочь погибла, а — сколько они получат денег!

— Им заплатили?

— Естественно, все расходы, связанные с похоронами, компания взяла на себя, но что касается остальной суммы, которую они потребовали… Этот вопрос пока остался открытым до решения суда.

— И много они потребовали? — поинтересовался майор.

— Миллион.

— Рублей?

— Как же, рублей! — усмехнулась Катя. — Аппетит у них отменный — миллион евро хотят! И знаете, я почему-то уверена, что этим людям никогда бы самим до этого не додуматься. С ними кто-то очень конкретно поработал. И это тот человек, кто и убил танцовщицу!