С 1911-го по 1915 год не пишет ничего, с 1915-го по 1927-й — очень мало, в 1927-м создает последний цикл стихов «Домик под грушевым деревом». Не печатается.
Александр Блок (1880–1921)После 1916 года фактически замолкает как поэт, прервав паузу в 1918-м ради «Двенадцати» и «Скифов». Одной из причин предсмертной болезни называет то, что «все звуки прекратились».
Саша Соколов (р. 1943)После «Палисандрии» публикует эссе («Тревожная куколка»), стихотворения в прозе («Рассуждение»), сообщает о работе над большими текстами, которые то ли погибли, то ли намеренно утаиваются автором от читателя.
Марк Леви (1898–1973)После «Романа с кокаином» и рассказа «Проклятый народ», опубликованных в эмиграции, ни разу не возвращался к художественному творчеству и вел в Ереване тихую жизнь преподавателя иностранных языков.
Борис Слуцкий (1919–1986)После смерти жены в 1977 году замолкает и не пишет ни строчки, переживая глубокую клиническую депрессию, хотя сохраняет полную ясность сознания.
Михаил Зощенко (1894–1958)После 1947 года зарабатывает исключительно переводами, в пятидесятых несколько фельетонов, но за последние 10 лет жизни не пишет ни одного нового рассказа.
Несколько известных авторов 1990-х гг. (Зуфар Гареев, Игорь Яркевич) ушли из литературы: Гареев — в журналистику, Яркевич — в критику. После двадцатилетнего молчания лишь в 2006 году вновь стал публиковать стихи и прозу Алексей Цветков.
№ 5, май 2009 года
Борис Акунин
«Сокол и Ласточка»
книга номераЭволюция Бориса Акунина от интеллектуальной литературной игры в духе постмодерна к чистому развлекательному чтению с более чем узнаваемыми цитатами, чуть не оскорбительными для утонченного читателя, — обозначилась давно, и в каком-то смысле это честный путь. Если у тебя нет сверхзадачи воспитывать и просвещать, ставить великие вопросы и переосмыслять уроки гениев, — честнее ни под кого не косить и просто поставлять на рынок хорошо читающиеся романы. Тут, однако, случился парадокс.