В рапорте Эрбах сообщал, что свидетелем несчастного случая был один крестьянин. Сейчас было ясно, что Домон не был жертвой несчастного случая, а крестьянин был свидетелем того, чего вообще никогда не было.

Впереди показалась деревня, и Калон сказал Эльзе:

— Я дам вам денег, а вы купите в магазине недостающую одежду.

Несмотря на холодный тон Калона, Эльза с благодарностью взглянула на него. Калон остановился возле магазина, вызвав любопытство нескольких человек. Эльзе на все покупки хватило десяти минут.

Начал моросить дождь, и Калон включил обогреватель.

Эльза медленно развернула сверток, вынула белый шерстяной свитер и чулки.

Калон закурил сигарету.

Нойштрелиц был странным городком, похожим на многие другие в Мекленбурге. Они приехали в город в полдень. Калон отправил Эльзу купить что-нибудь поесть, а сам решил навести справки о крестьянине, свидетеле несчастного случая.

Он вошел в маленькое тихое кафе со старинным интерьером. Толстый усатый хозяин недоверчиво взглянул на Калона.

Здесь, как в большинстве районов Восточной Германии, не любили иностранцев. Кроме того, недавно был арестован американский турист, фотографировавший военные объекты Красной Армии. Все говорили о нем как о «шпионе». Калон заказал кружку пива. Выпив заказанное, он подозвал хозяина.

— Хотите еще чего-нибудь?

Калон заказал еще пива и угостил хозяина. Они выпили, и Калон перешел в атаку:

— Я веду расследование,— прямо сказал он. — Речь идет о произошедшем здесь не так давно несчастном случае. Машина врезалась в платан.

— В дуб,— автоматически поправил хозяин. — Разве полиция не закончила следствие?

Калон ответил конфиденциальным тоном:

— Что устраивает местную полицию, не устраивает, быть может, других.

Мужчина отвернулся:

— Мне ничего не известно.