6 часов 40 минут 31 марта 1904 года. Флагманский броненосец Первой тихоокеанской эскадры Российского императорского флота "Петропавловск". Каюта командующего эскадрой

вице-адмирала Макарова Степана Осиповича. Рейд Порт-Артура.

Якорная стоянка.

Новейший броненосец русского флота неподвижно стоит на якорях. Море спокойно, ни малейшей качки нет. Трубы слегка дымят, кочегары поддерживают нужную температуру в котлах, чтобы корабль без больших задержек мог выйти в море. Тишина. Нет даже привычного крика чаек, еще не рассвело.

На всех крупных военных кораблях имеется так называемая адмиральская каюта. Делается это, как и все в военном деле, не зря: вдруг именно данный корабль станет флагманом эскадры и на мачту взлетит адмиральский флаг - где прикажете тогда разместиться начальнику эскадры? Конечно, большую часть жизни кораблей адмиральские каюты пустуют. Ну что ж, ведь и пушки стреляют считаные часы, а то и минуты...

Адмиральское помещение броненосца "Петропавловск" было обставлено в духе тогдашней традиции довольно прихотливо - "комфортно", как выражались тогда: секретер с бронзовыми ручками, обитые бархатом кресла красного дерева, иллюминаторы прикрыты шторами японского шелка, на полу - дорогой текинский ковер, в углу - фортепьяно. На броненосцах конца прошлого столетия еще доживали бытовые традиции романтических парусников. А парусники - даже военные, точнее, именно военные прежде всего! - щедро покрывались резными и лепными украшениями и на носу, и на корме, и по бортам, бронзовыми, а то и вызолоченными аллегорическими фигурами, балюстрадами, балкончиками. И каюты командиров и адмиралов напоминали великосветские кабинеты, а кают-компании (места собраний и обедов офицеров) - аристократические гостиные. Все помнят: "Янтарь на трубках Цареграда, фарфор и бронза на столе..." Даже в дальнем плавании, даже на крошечном по сравнению с безбрежным океаном куске дерева офицер, выросший в родовом поместье Йоркшира или Нормандии, должен был жить в привычной для себя обстановке. И что до десятков и сотен матросов, которые спали на рундуках в тесных, лишенных отопления кубриках и ели прямо на полу из общего котла! Ведь и отцы их жили точно так же в лачугах, лепившихся вокруг нормандских и йоркширских поместий...