– О, послушай, Энди, – снова заговорил Мулен. – Ты совершенно уверен, что не ударился о ножку кушетки или стола, валяясь, как это ты должен был сделать на полу домика?

Латур ошеломленно посмотрел на него.

– Я не понимаю, о чем вы говорите?

– Я верю тебе, знаешь? О, да, я тебе верю, – насмешливо воскликнул Мулен.

В тот момент большая дверь тюрьмы широко открылась. Джек Пренгл пошел посмотреть, что там такое, и громко выругался.

– Ну, что ж! Я думаю, джентльмены, что мы все еще не успели выполнить свои обязательства. Наша последняя надежда замять дело исчезла!

Джон Шварт вошел в кабинет шерифа и прямо направился к стулу, на котором сидел Латур. Это было в первый раз, когда Латур видел законника в таком небрежном виде. Рубашка Шварта была расстегнута и галстук свисал по обеим сторонам. Больше того, он так торопился, что снизу на одной ноге из-под брюк выглядывала пижама.

– Что тут происходит, Энди? – спросил он.

– Я не знаю. Все это очень странно и таинственно.

Мулен встал со стула, на котором он сидел верхом и встал около адвоката.

– Естественно, вы в курсе дела.

Шварт заметил, что у него из брючины вылезает пижама и поддернул ее. – Естественно, – холодно проговорил он. – Я полагаю, что весь Френч Байу теперь уже знает все. Зная, что я друг Энди, один из молодых людей из моей конторы позвонил мне по телефону.

Шериф Велич зажег одну из долларовых сигар, которые он получал в виде взяток.

– Вы находитесь здесь в качестве адвоката Энди?

Латур попытался встать, но Джим Руссо и Билл Даркос толкнули его обратно на стул.

– Не двигайся, – сказал Даркос.

– Почему? – захотелось узнать Латуру. – Какое действие мне приписывают? Почему мне может понадобиться адвокат?