Для мужчин русалки особенно опасны. Распутные, не знающие стыда и меры в похоти своей, способны они даже в одиночку «заездить» мужика так, что тот умрет еще до рассвета. Видимо, поэтому русалки всегда были опасной, но манкой, сладкой мечтой любого деревенского мужичка.

В старину немало охотников-сластолюбцев отправлялось на поиски русальих ласок теплыми летними ночами, и многих из них находили потом нагими, мертвыми, но с улыбкой на холодных губах. Такие смерти обычно списывались на разбойников, ограбивших и убивших человека ударом дубинки по голове, а улыбку приписвали особому положению на небе тех, кто пострадал безвинно. Дескать, человек в момент смерти знал, что попадает в рай…

У женщин, что ложаться спать без молитвы, русалки похищают пряжу, разматывают ее, путают, рвут и вешают на ветви прибрежных деревьев.

Против русалок, как впрочем, и против многой другой нечисти, помогает чеснок и особенно железо, причем железо обиходное, домашнее — иголка, ножницы, кочерга. Это и понятно — распутная, разгульная русалка соединила в себе все худшие черты разрушительницы семьи и домашнего очага, разлучницы, гулящей девки, и бороться с ней нужно было при помощи предметов, олицетворяющих дом, семью.

Русалки считаются совершенно не опастными для женщин и детей, а старух русалки просто боятся и избегают встречь с ними, возможно, потому что страшаться старости, страмясь вечно остаться молодыми и красивыми.

Романтизация образа русалки в славянской мифологии связана прежде всего с тем, что вольная обитательница вод не зависела от тех порядков и нравов, которые царили в патриархальных русских деревнях. Задавленные Домостроем женщины, особенно молодые девушки, которых выдавали замуж без их согласия, готовы были утопиться, но не выходить за нелюбого. А утопленница как раз и становилась русалкой, свободной и отныне не связанной никакими правилами водяной нечистью.