Ультиматум министра, требовавшего прекратить репрессии, привел к его отставке. Благодарные" Бурбоны на 15 лет отбросили Талейрана с политической арены. Князь был удивлен, но не расстроен. Он был уверен, несмотря на свои 62 года, что его время еще придет. Работа над «Мемуарами» не оставила князя в стороне от политической жизни. Он пристально наблюдал за положением в стране и присматривался к молодым политикам. В 1830 г. грянула Июльская революция. Старый лис и здесь остался верным себе.

Победил Луи-Филипп Орлеанский, и Талейран не замедлил присоединиться к новому правительству. Скорее из интереса к сложному делу, он согласился возглавить труднейшее посольство в Лондоне. Пусть разгулявшаяся свободная пресса поливала старого дипломата грязью, припоминая его былые «измены», Талейран был недостижим для нее. Он уже стал историей. Его авторитет был так высок, что одно выступление князя на стороне Луи-Филиппа было расценено как стабильность нового режима. Одним своим присутствием Талейран заставил заартачившиеся было европейские правительства признать новый режим во Франции. Последней блестящей акцией, которую удалось осуществить видавшему виды дипломату, было провозглашение независимости Бельгии, которая была очень выгодна для Франции.

Успех превзошел все ожидания.

Не будем судить Талейрана, как он того заслуживает, – это право историка. Хотя и трудно порицать человека за то, что он слишком умен и прозорлив. Политика была для Талейрана «искусством возможного», игрой ума, способом существования. Да, он действительно «продавал всех, кто его покупал». Его прин ципом всегда была прежде всего личная выгода. Правда, сам он говорил, что Франция стояла для него на первом месте. Кто знает. Любой человек, занимающийся политикой, непременно оказывается запачканным грязью. А Талейран был профессионалом.