Он покинул Чартац, договорившись, что женится на младшей дочери графа через месяц после ее семнадцатилетня, кроме того, он договорился с ее отцом о приданом в тридцать тысяч рублей. За это Проков должен будет получить пост в Совете Великого Герцогства, о котором он давно мечтал и в получении которого Теодор мог ему посодействовать.

Все были довольны этой сделкой, за исключением будущей невесты, которая рыдала и умоляла отца найти ей кого-нибудь помоложе и посимпатичнее графа. Его старшая дочь бранилась с ним и яростно отстаивала интересы своей сестры. Если бы Теодор мог наблюдать эту сцену и убедиться, насколько он был прав в своей оценке Александры, он бы просто сбежал из страны при одной только мысли о женитьбе на ней. Но все оказалось бесполезным, отец Валентины был жесток и упрям, политическая карьера значила для него гораздо больше, чем мольбы неопытной девушки и сердитые упреки своенравной женщины.

Свадьба состоялась в часовне Чартаца, и граф сразу же после церемонии увез молодую жену, настаивая на немедленном возвращении в его поместье во Львове. Они провели ночь в придорожной гостинице, и во время неторопливого ужина граф вел себя как благородный кавалер до тех пор, пока не провел ее по узкой лестнице в единственную в гостинице спальню. Там он подверг ее самому жестокому и грубому насилию. Он даже и не пытался вызвать у нее какое-то ответное чувство. Ему не терпелось удовлетворить свою страсть и свою похоть, все остальное было ему безразлично. Когда-нибудь потом, когда он полностью насытится, он, возможно, обратит внимание и на нее. Он был страшно недоволен, хотя и не показал этого, тем, что она долго плакала после всего случившегося, пока не заснула, и его совершенно взбесило то, что наутро она отшатнулась от него.

Во Львов он привез измученную и надломленную молодую жену с красными от постоянных слез глазами.