- В этом году они бы уже не смогли её оперировать здесь, милая. Клиника давно не получает ни нужных материалов, ни аппаратуры, ни препаратов, все это стало невероятно дорого. Потому и уехали, не сидеть же без дела. Валюты хватает только на самое необходимое... Сейчас не до мутантов... - Дама выпучила глаза.

Елена вскочила со стула.

- Сами вы мутанты! Мутантское племя! Это ваше наследство! Ваше проклятых, бессердечных чиновников! Ваше, а не мое!..

Дама отшатнулась, а Елена бросала в её холодные глаза отчаянные, бесполезные слова. Отвела душу, говорить она умела - филолог. Почему, почему она не сдержалась, может быть, эта дама ещё пригодилась бы...

Впрочем, нашелся в этом ведомстве один, кто проявил к ней непритворный интерес, - неопределенного возраста мужчина в строгом сером костюме и с глазами мартовского кота

- Оставьте свой телефончик... Как только что-то прояснится, я позвоню... Возможны варианты... Я буду вас информировать... Готов помогать, - мурлыкал он.

Елена поднялась и, грохнув дверью, выбежала вон.

С кем воевать, с кем драться за Надьку? Врагов нет, кругом вежливые, хитрые чиновники. Ах, Паша, Паша, знаменитый пилот... Всем помогал, а их оставил. Мало ему было Чернобыля, полетел на это проклятое землетрясение. Скольких он спас там... А сам погиб. Неужели она когда-то была счастливой, даже не верится. А может быть, счастье - всего лишь ощущение, не больше, такое же, как боль, жажда или отвращение, и только беда по-настоящему реальна.

Она встала и прошла к будке телефона-автомата.

Никита, аккуратный, педантичный, был, как всегда, на месте.

- "Поли-банк", - услышала Елена знакомый осторожный голос.

- Никита, это я. Что-нибудь удалось выяснить?

- А как у тебя дела? - спросил он.

- Плохо. Бюджетники, нет денег... Никаких надежд, одни советы: ищите спонсоров. Ты говорил с директором?