– Тирадентис! Это ты?

Тирадентис, уже занесший было руку с саблей, едва удержался от удара.

– Жеронимо! – прошептал он вне себя от изумления. – Ты стал главарем бандитов? Как это могло случиться? Разве ты забыл, как я помог тебе встать на ноги и оправиться от болезни? И ты выступаешь против меня? Ведь ты же сказал, что всю жизнь будешь помнить эту добрую услугу. И вот теперь мой отряд с трудом отбивается от банды, во главе которой стоишь ты, Жеронимо.

Жеронимо в изнеможении опустился на землю.

– Ты можешь меня убить, Тирадентис, если не веришь. Но против тебя я не замышлял ничего худого. Я даже не знал, что это ты командуешь отрядом. Мы прослышали о поездке какой-то важной птицы в Тижуко и решили пополнить наши запасы пороха и оружия, а заодно уничтожить хотя бы одного португальского шакала.

– Что же тебе сделал плохого его светлость губернатор? – удивленно спросил Тирадентис. – Он первый раз в этих местах и только несколько месяцев как назначен в нашу капитанию.

– О каком губернаторе ты ведешь речь?

– Которого сопровождает наш отряд – о Родриго Жозе де Менезес.

– Мы ничего не знали о поездке губернатора. Просто думали: какой-то португальский чиновник. Но все равно, если бы я и знал о его чине, то и в этом случае не отказался бы от нападения. Все португальские власти на один манер. Только некоторые из них просто плохие, а большинство очень плохие. Я это знаю по себе.

– Откуда появилось такое ожесточение, Жеронимо? Я думал всегда о тебе как об очень выдержанном человеке, очень рассудительном мужчине. Ты даже своему сыну всегда говоришь: «Жоан, никогда не теряй головы, всегда будь спокойным и выдержанным». А тут вдруг я вижу тебя во главе шайки бандитов.

– Я говорил так Жоану. Сейчас мне уже некому говорить. Ты разве ничего не знаешь, что нет больше Жоана? Ни Жоана, ни жены? – И, заметив, как Тирадентис покачал головой, Жеронимо продолжал: – Четыре месяца назад по распоряжению вице-короля Жоана повесили на площади Тижуко.