Командующий полком, исполняя последнюю рекогносцировку, обошел под огнем свои окопы, побывал на наблюдательных пунктах у Командира 1 дивизиона, у баталионных и батарейных командиров и окончательно наметил с ними места в проволочных заграждениях, где будут пробиты четыре прохода.

Вечером все ротные командиры были собраны в землянки своих баталионных командиров для получения последних приказаний.

Они услышали, что, по окончании артиллерийской подготовки, полк выйдет из окопов и двинется вперед; 1-й б-н Шт. — Капитана Витковского пойдет в атаку через проходы в проволоке, правее озера Окнище, на деревню Трыстень; 6 и 8 роты, отрываясь от Петроградцев, левее озера, на участок — от крайних хат деревни влево до православного кладбища;

Расходились в сумерках, принимались за дело: приказали расцепить и разомкнуть свои рогатки; выслали вперед разведчиков с телефонами на такие места, откуда завтра будет можно видеть, как рушится проволока, и помогать направлять огонь артиллерии; указали каждому взводу задачи после взятия окопов и поназначали, по опыту прежних боев, по четыре заместителя на каждое начальствующее лицо; и даже объяснили людям, как поступать с пленными и как с трофеями!

Все было сделано. Наступила короткая ночь, ожидание боя.

Командир 8-й роты Подпоручик Андрей Барковский вспоминает:

И там же ему вспоминался «наш отец», с которым он только что попрощался, — «храбрый, спокойный, заботливый и бесконечно добрый», — и недавний разговор с Кронидом Андржеевским, который ему печаловался:

— «Страшно умирать от болезни, но какое это счастье умереть за «Свой Полк»… Вот мы с братом все боимся, что нас назначат в резерв и мы не попадем в бой, а война скоро, ведь, кончится».

Оба были в «резерве» — Кронид в 5-й роте, Николай — в 16-й. — Завтра оба примут боевое крещение…

«Мрачных предчувствий не было ни у кого».

В 5 час. утра 15 июля Барон Штакельберг получил лично от Начальника дивизии приказание: ровно в 13 час. перейти в наступление. Часы были сверены.