Привиделось ему, будто и на самом деле славно выручился он за излишки сена и дали ему совсем новую пачку денег, еще не хоженых по рукам, перепоясанных красивой бумажной ленточкой. Сели они с женой за стол считать. Натаха радуется, постелила белую скатерть, чтоб чисто было, ничего не мешало счету. Касьян разрезал на ровном аккуратном кирпичике опояску, поплевал на пальцы, метнул на стол первую денежку. Новенький червонец перевернулся в воздухе и лег на самой середине скатерти другой стороной. Глянули, а это вовсе и не червонец, а король червей! Переглянулись они с Натахой: что за притча? Касьян метнул еще раз - шестерка крестовая! "Глянь-ка,- всплеснула руками Натаха,- да ведь король - это ж ты, Кося! А шоха - это тебе дорога будет. А ну кинь, кинь еще". Кинул Касьян очередной червонец - и опять все своим чередом: лощеная бумажка повернулась и выложилась на стол тузом: посередине бубна, вроде подушки-думки, а от нее в разные стороны красные перья, будто огонь брызжет, жаром пылает. "Во! - опять изумилась Натаха.Туз - это письмо, казенную бумагу означает, какую-то контору".- "Нет, это не контора,- не согласился Касьян.- А ежели казенка, дак не иначе, как магазин. Я, откроюсь тебе, в самый раз туда собирался. Швейную машинку хочу купить. Хочешь швейную машинку?" - "Ой, родненький! - обрадовалась Натаха.- Да как же не хотеть? Я и сама про нее все время мечтаю, да боюсь тебе сказать"."Ну вот, родишь сына, и куплю.