Но каждому полагалось знать свое место. А роль благодетеля, кормильца и хозяина отводилась только одному человеку — второму секретарю горкома партии.
(«Рядовых» болельщиков, правда, не лишали возможности делать нам подарки без визы ГК КПСС. Никому не возбранялось подойти, скажем, на улице к футболисту и сказать: «Слушай, дорогой, ты мне нравишься. Я буду каждый месяц давать тебе по сто рублей…» Но такие встречи нередко оборачивались неприятностями. Иные благодетели с упоением — и множеством несуществующих подробностей, кстати, — принимались твердить о своей щедрости на каждом углу…)
Зато о размерах сумм, которые время от времени в конвертах передавал каждому из нас администратор команды, не знал никто. Это был, я бы сказал, «кавказский вариант профессионализма» — тайна «контракта», отсутствие уравниловки (как я могу предположить), но — зато никто никогда не знал, за что и сколько он должен получить… Впрочем, у меня не было оснований размышлять на эту тему — во всяком случае, даже когда минское «Динамо» стало чемпионом страны, я имел не больше. К тому же основной навар игроки высшей лиги получали не за победы в чемпионате или Кубке, а от заграничных поездок. Я же как-то не был любителем всех этих операций с икрой и водкой.
Честно говоря, материальное никогда не было у меня на первом месте. Я всегда играл в футбол не за деньги, а просто потому, что любил это дело. Когда чувствовал, что матч мне в радость, я горы мог свернуть — в высшей ли лиге, во второй ли, в ответственной игре или на тренировке. Но в принципе, конечно, положение дел, при котором в какой-то заштатной команде футболист может быть более обеспеченным, чем в гораздо более сильной, не идет на пользу делу. У наших людей и так-то в крови готовность довольствоваться малым и не стремиться к самосовершенствованию — а тут еще и это «малое» оказывается весьма и весьма внушительных размеров…