Прежде чем я успел вымолвить хотя бы слово, он бросился в конец коридора. Он успел заскочить в дверь, откуда пожарная лестница вела на чердак, и там за дверью прежде, чем я успел подбежать к ней, обрушилось что-то тяжелое.

Мне было слышно, как его ноги клацают по ступенькам. Я выскочил из отеля. Напрасно. Он исчез. Я мог бы сидеть в отеле, пока он не вернется, но чутье подсказывало мне, что домой он не собирается.

Я посидел еще в трех барах, а утром сел в самолет и вернулся в Нью-Йорк.

3

Ненси сидела за конторкой маленького пансионата в пригороде, где я жил вот уже пять лет. На ней была белоснежная кофточка с кружевным воротничком, маленький бантик в темно-коричневых прядях, волосы вспыхивали золотыми искрами, когда она поворачивалась к свету.

Все остальные части Ненси выглядели уютными и свежими, чтобы напомнить мне о моих тридцати шести годах и о том, что моложе я никогда уже не стану.

Она подняла голову при моем появлении, и я поцеловал ее в подставленную щечку. Это уже вошло у меня в привычку и, возможно, не стоило бы этим заниматься, вдруг в один прекрасный день я обнаружу, что целую собственную жену.

- Удачная поездка, мистер Шейд?

Даже наш ритуальный поцелуй не мог заставить Ненси отступить от строгих правил вежливости и морали. Мое имя она упорно игнорировала. Я никак не мог понять, чего она, собственно, добивается - места моей жены или секретарши в конторе мистера Шейда. Как будто он мог позволить себе иметь секретаршу.

- Если говорить с большой натяжкой, то поездка была превосходной!

- Я сожалею.

- Спасибо.

- Значит, дело осталось незаконченным?

- Нет, но оно чуть было не прикончило меня.

Некоторое время она задумчиво смотрела на меня.

- Как вас угораздило разбить подбородок?

- В Рено едят слишком много бананов.

Она слегка прикусила зубами остро отточенный карандаш. Все карандаши у Ненси были отточены очень остро.