Под лозунгом «Это наша земля от Хуанхэ до Рио–Гранде» они вовсю занималась «возрождением народных обычаев» — колдовали, сливали вино в сторону Восточного Иерусалима в надежде вызвать массовое бегство арабов. Жгли какие–то клочки, чтоб вызвать гибель еретических израильских деятелей, и всячески наводили порчу на врагов еврейского народа. До гротеска, который нарисовал Цейтлин, не хватало лишь спящей в гробу Суламифи — Дщери Иерусалима. Да еще среди ребят не было никого, годящегося ей в женихи. В их магии и внешнем виде начисто отсутствовали признаки сексуальности, играющие огромную роль во всей практической магии каббалы.

Я спросил тогда знакомого религиозного журналиста, как он относится к возрождению Третьего храма.

— Понимаешь, все бы здорово, но массовое убийство животных, практиковавшееся тогда, противоречит современным нормам, да и еврейскому канону — галахе — тоже. Я бы не хотел, чтоб такая кровавая бойня каждый день происходила в Иерусалиме на глазах всего мира.

И за что телят зарежут,

Им никто не объяснит.

А кому мила свобода,

Тот, как ласточка взлетит.

Re:

lakht der vint in korn,

lakht un lakht un lakht,

lakht er op a tog a gantsn

mit a halber nakht.

Dona, dona, dona, dona….

Если бы еврейское государство возникло в 1936–1937 годах, смогло бы оно изменить историю, спасти евреев от наступавшего Холокоста? Известно, что история не имеет сослагательного наклонения и ставить вопрос «что бы было, если…» некорректно в научной дискуссии. Зато в политическом, общественном и особенно в художественном диспуте на такой вопрос можно бы ответить. Американский историк Питер Новак в замечательной книге «Холокост в американской жизни» доказывает, что не смогло бы маленькое нищее государство принять значительного числа евреев или, тем более изменить ход Второй мировой войны.