С этим спорят. Большинство современных антропологов отвергает мысль, что жизнь в условиях цивилизации как-то изменила видовые признаки человека. Поэтому, считают они, эти признаки не изменятся и в дальнейшем. Так ли это? Возможно, и не так. Аргументация сторонников этого мнения не всегда кажется убедительной и уж совсем не кажется исчерпывающей. Но если даже они и не правы, если физическая эволюция человека продолжается, она, во всяком случае, не принадлежит к факторам быстродействующим. Цивилизация всегда обгоняла физическую эволюцию и тем более будет ее обгонять теперь, при убыстрившихся темпах развития науки и техники. С опасностями всеобщего благоденствия придется столкнуться человеку теперешнему, и они явятся ему не как угроза физического вырождения, а как угроза вырождения умственного и нравственного. Человек - существо, чья духовная природа требует деятельности. Отсутствие ее подрывает самые основы его психической структуры. Мир без трудов и опасностей - это мир без нравственных проблем. Человек оказывается нравственно-бездеятельным. Отсутствие проблем становится с этой точки зрения главной проблемой общества. Так, во всяком случае, думали в прошлом и позапрошлом веках. Оливер Гольдсмит в философской сказке "Азем-человеконенавистник" высказал мнение, что мир без пороков будет миром скучного среднего уровня и жить в нем современному человеку было бы невыносимо тягостно. Век спустя к нему присоединился Бульвер-Литтон в романе "Грядущая раса". Мир, в котором разрешены все житейские проблемы, оказывается миром без моральных проблем. Мир без моральных проблем оказывается миром без личности. (А, следовательно, и без литературы и искусства, поскольку они выражают личность.) В современной фантастике эта проблема истолковывается порой парадоксальнейшим образом. Нивелирование личности кажется сейчас иным зарубежным фантастам не столько результатом благоденствия, сколько предварительным его условием, ценой, которую пришлось заплатить ради того, чтобы достичь и сохранить благоденствие.