- Он раскрывает Гитлера на еврейском вопросе, показывает разногласия между Гитлером и Гиммлером - Гиммлер хочет уничтожить евреев с музыкой и цветами, а Гитлер по-деловому. Выпячивается на первый план эта проблема, как будто бы самое характерное, с точки зрения Гроссмана, в фашизме. И естественно, что здесь Гроссман скатывается на сионистские позиции Фейхтвангера, а надо раскрывать фашизм в том плане, как это сделано товарищем Сталиным..."

И еще раз подчеркивает, что у Гроссмана "вопрос решается с сионистских позиций, с позиций буржуазного еврейского национализма".

Я держу в руках эту стенограмму и вижу, как читал ее Василий Семенович. Тут даже есть собственные его поправки, сделанные его рукой, - в именах. И это место, которое я привела выше, спокойно и ровно отчеркнуто им на полях красным карандашом.

Он еще ответит ему, Арамилеву, и я в другом месте приведу его исполненные высокого достоинства и презрения - слова.

Этот писатель-охотник играет сейчас центральную роль. И с этого момента роман уважаемого писателя, напечатанный в журнале "Новый мир" у Твардовского, высоко оцененный критикой, выдвинутый на Сталинскую премию, получивший две положительные рецензии в самом издательстве таких влиятельных в то время людей, как Атаров и Либединский, имеющий положительное редакционное заключение ветерана войны, старшего редактора Клавдии Сергеевны Ивановой, сразу после ее серьезного и убедительного доклада, - этот роман превращается в сионистский полуфабрикат.

Роман надо переписывать, переделывать, дорабатывать...

Еще до появления статьи Бубеннова в "Правде" представитель Бубеннова Арамилев 16 января все пункты уничтожения Гроссмана сформулировал здесь. И это происходит под видом обсуждения для публикации романа в 1953 году. Так хитро Лесючевский поворачивает редсовет.

После Арамилева выступали разные люди. Но теперь все они (даже те из них, кто не стоял на позициях Арамилева) насильственно и грубо вторгались в текст романа, требовали таких диких переделок, после которых от романа не осталось бы и следа.