Старые солдаты, смущаясь, исподволь разглядывали друг на друге боевые награды - у кого сколько и какие.

- Медали пришпилить - куда ни шло,- сказал Степан Холодов, взглянув на новую телогрейку деда Василия.- От них на одежке никаких следов не остается. А ежели, к примеру, Красную Звезду, дак эвон какая дырка! К маю купил новый костюм, и сразу задача: надевать орден ай нет? И надеть охота, и костюм дырявить жалко.

- Оно ежели б как раньше: навинтил, да и носи без съему,- поддакнул фронтовик в резиновых сапогах.

- Ну да, ну да,- кивнул Холодов.- Не станешь же потом всякому пояснять, что дырка-то не простая, а почетная.

Солдаты посмеялись незатейливой шутке, и Холодов спросил:

- Ты, Федор, за свою "Славу" сколько получал?

- Уж и не помню... Рублей тридцать, кажись. Еще старыми.

- Выходит, трешку по-нонешнему?

- Дак нынче и вовсе ничего,- заметил Тихон Аляпин.

- Знаю, что ничего. Это я так, прикинуть. А вообще-то надо бы опять платить наградные. Раз уж ордена начали носить.

- Всем платить - ого, сколь надо!

- Да уж сколь? Всего-то рублишко за "Отвагу".

- Тебе рубль да другому рубль - мильон и набежит. Одной "Отваги" и то знаешь сколько?

- Ну, не скажи. Теперь не больно-то густо осталось,- возразил Холодов.Много ее, "Отваги"-то, на красных подушечках отнесли. Одних маршалов сколь проводили. По газетам гляжу: то один, то другой в черной рамке. А уж нашего брата и подавно большой укос. Да вот считай: тогдашним новобранцам и то уже под пятьдесят...

- Так-то оно так. Костлявая чинов не разбирает...

- Выходит, казне полегче теперь стало. Можно бы какую мзду и начислить солдату, который еще уцелел.

- Ну и крохобор ты, Степк! - сплюнул Федор.- Дай награду тебе, да еще мзду в карман. Да нешто мы наемники, что ли? Не чужое обороняли, свое, кровное. К тебе, допустим, в хату воры полезли, а ты их взял да и поколотил. А потом матери своей говоришь: "Я воров прогнал, проявил геройство, давай, мать, за это трояк!" Ведь не станешь у своей же матери требовать? Не станешь! Так и это надо понимать.