Заметив его взгляд, Барков негромко рассмеялся:

— Почему такая реакция, Аркадий?! Ты ведь еще в ресторане признался, что не брезговал темными делишками.

— Какими делишками! — возмутился тот. — Ну, подлавливал по ночам любителей легкой наживы и всяких там гопников, притворяясь пьяным.

— Факт остается фактом: рожи рихтовал, карманы чистил. Значит, нарушал закон. Верно?

— Ну, рихтовал, ну, чистил… Да разве с них много поимеешь?! Всего-то пару раз и повезло…

— Расскажи об этих случаях подробнее.

Майор помедлил, стесняясь откровенничать о своих похождениях, но все же поведал о давней схватке с тремя бандюганами, один из которых оказался лидером преступной группировки и имел при себе немалую сумму в баксах. А потом в красках обрисовал историю ограбления банкомата и погони за молодыми парнями.

Фээсбэшника этот рассказ изрядно повеселил.

— Кстати, — вдруг вспомнил Серебров, — двое из них курочили автомат — это понятно. А какого хрена третий все это время торчал с поднятой рукой под камерой наружного наблюдения?

Посмеиваясь, Станислав полез в карман. Выудив сотовый телефон и нажав пару кнопок, повернул экран.

— Что за фигня?.. — удивился Аркадий, глядя на рябившие помехи.

— Специальная получасовая запись. Включаешь, подносишь к вплотную к защитному стеклу камеры, и держишь, пока твои сообщники осуществляют задуманный план. А охранники любуются на эту рябь, и знай себе, матерятся на неисправности в системе.

— Ловко придумано! — оценил Серебров и опять подозрительно уставился на ресторанного знакомца.

— Нет, Аркадий, я на самом деле являюсь офицером Федеральной службы безопасности, — заверил тот, пряча телефон и доставая взамен удостоверение: — Вот мои документы, посмотри…