Бывший спецназовец машинально взял ксиву, глянул на разворот. Прочитав, вернул…

— Должность и род деятельности обязывают знать многое, — пояснил подполковник. — И поверь, твое будущее задание никоем образом не связано с уголовщиной. Я даже ознакомлю тебя с текстом боевого распоряжения. Но об этом поговорим позже, а сейчас скажи мне вот что… — прищурившись, Барков одарил долгим пронизывающим взглядом: — Тебя разве не интересует общая сумма вознаграждения за участие в операции?

— Почему же? Интересует… Но мне важно поскорее получить аванс. Сам знаешь, для чего…

— Знаю. Но аванса не будет. Жену мы твою положим на обследование в очень хорошую клинику — к самым лучшим врачам. Это я тебе гарантирую. Серьезное лечение требует и серьезной подготовки. В общем, у тебя есть время, не торопясь заработать на ее операцию. А вначале надлежит собрать группу надежных людей. Подумай хорошенько, как без шума вытащить из зоны подрывника. Ну и я помогу, если что: где советом, где технически. Это и будет твоим первым заданием — посмотрим, на что вы с Супруном способны…

Глава четвертая

Краснодарский край; Верхнебаканский рабочий поселок

17–18 июля 2008 г

Над планом спасения Сапы (прозвище спонтанно родилось много лет назад то ли от военной специальности «сапер», то ли от фамилии «Супрун» — никто из друзей уж не помнил) он раздумывал ровно сутки. Идея родилась быстро, но без помощи Баркова воплотить ее в жизнь было практически невозможно. Потому, согласно уговору, Аркадий набрал его номер и предложил обсудить задумку при встрече.

— Что ж, неплохо, — выслушав майора, оценил фээсбэшник. — Немного денег я тебе дам. Поезжай, поговори со своим приятелем. Если согласиться бежать — передай сотовый телефон. А машиной я тебя обеспечу накануне побега…

Илья Супрун слыл в бригаде спецназа интеллигентом. Инженерное образование, родители из научной элиты, тысячи прочитанных книг — все это в какой-то мере накладывало отпечаток на поведение и образ жизни. Матерился крайне редко, умело сохранял ровные отношения со всеми; в разговоре иногда употреблял малопонятные, но жутко красивые фразы, заставлявшие коллег чесать затылки и уважительно помалкивать.